X

 

Регистрация


Зарегистрироваться
и получить подарок от Бориса!
Пожалуйста, введите вашу фамилию.
Пожалуйста, введите ваш телефон.
Пожалуйста, введите вашу электронную почту.

 

 

Звонок от менеджера

Пожалуйста, введите вашу фамилию.
Пожалуйста, введите ваш телефон.
Пожалуйста, введите вашу электронную почту.

 

Телефон: (+972) 55-966-10-54 / (+972) 55-666-32-06 E-mail: support@borismeltser.com
Задать вопрос и мгновенно получить ответ!

Стань успешным! Заказать звонок менеджера!

X

 

Регистрация


Зарегистрироваться
и получить подарок от Бориса!
Пожалуйста, введите вашу фамилию.
Пожалуйста, введите ваш телефон.
Пожалуйста, введите вашу электронную почту.

Звонок от менеджера

Пожалуйста, введите вашу фамилию.
Пожалуйста, введите ваш телефон.
Пожалуйста, введите вашу электронную почту.

 

А вас заставляли в детстве читать стихотворения с табуретки?

Сегодня у меня на терапевтической сессии был молодой человек с социальной фобией. То есть когда он оказывается в компании людей, особенно незнакомых, у него появляется сильное напряжение и страх, руки начинают трястись, голос дрожать... Короче, очень некомфортно.

Может быть кому-то из вас знакомо подобное? В той или иной степени. Для кого-то совершенно не проблема быть в компании других людей, но вот когда нужно выступать на публике, вдруг появляется непреодолимый страх.

В чем корни этого страха? У каждого они свои. У этого молодого человека (поскольку его имени я не называю, то могу рассказать детали, не рискуя нарушить профессиональную этику), например, была ситуация в возрасте 7 лет, когда ему нужно было выступить со сцены перед большим количеством людей и прочитать стихотворение.

Кого в детстве заставляли читать стихотворения с табуретки? Меня к этому в детстве не принуждали, обошлось. Но с тех пор, как я начал понимать мотивы действий родителей, я не перестаю удивляться изощренности этой пытки ребенка. Как родители восполняют свой комплекс неполноценности или нереализованные амбиции за счет своего собственного ребенка. Конечно же, неосознанно. Но от этого не легче. Некоторые дети проходят через это испытание легко, а у некоторых – это первая ситуация в длинной череде еще многих, которые он (ребенок) теперь будет расценивать не в плюс, как бы это могло быть, а в минус. Т.е. если первое выступление перед людьми вызвало мини-травму, то второе уж точно не будет для него позитивным (подсознание уже готовится к новому удару), а потом третье, четвертое, например, в школе у доски, и т.д. А ведь если бы не было этого первого, то в другой ситуации, когда ребенок готов и сам хочет выступить и что-то продемонстрировать, например, в садике, то это создает первое позитивное запечатление, которое потом приведет к еще более позитивному, и т.д. Т.е. вместо цепи негативного опыта, приводящего, например, к социальной фобии, будет цепь позитивного (хотя состоит она из тех же самых событий!)

 Это мне напомнило мою детскую травму, когда родители, опять же, из лучших побуждений, дважды отправляли меня в пионерский лагерь. Оба раза я не доживал до конца смены, а если бы дожил, то не уверен, что не получил бы что-то подобное тому, с чем ко мне пришел сегодняшний клиент. Так или иначе, оба раза пол-смены я страдал невероятно. Каждый час этого пионер-лагеря был для меня пыткой. И сейчас, когда я слышу от своих друзей и знакомых, как они мечтали, чтобы их отправили в лагерь и как радовались, когда туда попадали, я задаюсь вопросом: а чем я отличался тогда от них? Ведь все мы рождаемся более-менее одинаковыми, как чистые листы, без каких-либо представлений о мире. Какие же разные представления должны были у нас сформироваться, чтобы настолько по-разному проживать один и тот же опыт!

Чтобы узнать это, нужно обязательно вернуться в этот опыт и перепрожить его по-другому. Что мы и сделали с моим клиентом сегодня. Он передо мной больше года ходил к психологу-гипнотерапевту, который вводил его в разные стадии гипноза и использовал множество других методов работы – без видимых результатов. И когда после только одной встречи мой клиент почувствовал, что его жизнь изменилась в эмоциональном плане, он не понял, как такое возможно. Мне пришлось об`яснить ему, что техники, которые я использую, работают быстро, с первого, максимум – второго, третьего раза. Потому что они работают напрямую с корнем, без длительных обходных путей и разных психо-анализов. То, чем я занимаюсь, вообще не психология. Психология по определению – это изучение психики. А я не занимаюсь ее изучением, я помогаю ее изменить и для этого использую психотехнологию.

Так, возвращаясь к моему негативному опыту пионер-лагерей. Когда я работал со своим детством, я нашел и изменил те ситуации, которые я не помнил сознательно, но вспомнил в состоянии самогипноза. И перепрожил более поздний опыт в воображении уже после исправления в корне. И если бы сейчас вернуть детство... Ну ничего, в следующей жизни я из пионер-лагерей вылезать не буду! И из детского сада! У буду там бить всех мальчиков, которые будут задираться, вместо того, чтобы плакать в уголке и иногда, когда совсем невмоготу, жаловаться папе, который в лучшем случае сделает вид, что что-то с этим сделает. А еще буду прогуливать школу! И активно нарываться на неприятности. По моим наблюдениям, именно из таких людей, а отнюдь не из ботаников-отличников-хороших мальчиков, получаются настоящие крупные бизнесмены, политики и вообще те, кто выделяется из общей серой массы.

Короче, у меня достаточно серьезные планы на детство в следующей жизни. А пока занимаюсь кардинальным улучшением этой, и пока результаты мне нравятся. Все-таки полезно быть психотехнологом, в том числе по отношению к самому себе.

Больше информации об этом - на моем сайте www.borismeltser.com

Если вам понравилась статья - пожалуйста, поделитесь ей с друзьями. Возможно она им будет тоже интересна

Удачи вам!

Борис Мельцер

 

Поделиться с друзьями: